08.09.2015

Глава Ингушетии дал интервью корреспонденту радиостанции "Говорит Москва" Владимиру Карпову

МИКР.png

В. КАРПОВ: 17:05. В эфире программа «Пиджаки». У микрофона Владимир Карпов, и я с удовольствием представляю нашего сегодняшнего гостя. Это Юнус-бек Евкуров, глава Ингушетии. Здравствуйте, Юнус-Бек Баматгиреевич.

Ю. ЕВКУРОВ: Добрый вечер.

В. КАРПОВ: Я обратил внимание, что Вы с Вашим коллегой из Осетии даже первого сентября школу открывали в Пригородном районе.

Ю. ЕВКУРОВ: Да, мы открывали в посёлке совместно школу. В основном, там живут ингуши в этом селе. Это школа была долгостроем. Я хочу выразить благодарность руководству Осетии, которое сделало всё для того, чтобы 1 сентября школа была для детей открыта.

В. КАРПОВ: Как бы Вы вообще оценили обстановку в республике?

Ю. ЕВКУРОВ: Общественно-политическая обстановка стабильная, мы на протяжении ряда лет делим 2 и 1 места с регионами Северного Кавказа, не выходим за второе место по стабильности, по совершению преступлений, по раскрытию, то есть на уровне держим ситуацию. Надо подчеркнуть, что стабильность вызвана не только действиями правоохранительных органов, общественных организаций и общества в целом, но и, конечно, подъёмом социальной сферы и экономики. В целом, я бы сегодня выразил по обстановке общую мысль, что спокойно.

В. КАРПОВ: Фактор нестабильности - кто или что?

Ю. ЕВКУРОВ: Сегодня это слабая социальная база, главный фактор. На протяжении 7 лет я наблюдаю, что чем больше мы наращиваем и выравниваем республику на уровне с субъектами России по социальной базе, тем меньше проблемных точек. Это в первую очередь. Во вторую очередь, это экономика – то есть создание рабочих мест. В любом регионе, в мире это стабильность. Человек, который утром уходит на работу и вечером приходит с работы, и знает, что у него есть выходные, зарплата, льготы, поддержка государства, конечно, он стабильно живёт. Поэтому это два фактора.

В. КАРПОВ: Социальный и экономический факторы. Вы сознательно не говорите про радикалов, про какие-то возможные бандформирования или каких-то джентльменов, которые, возможно, мутят воду в Ингушетии. Или их сейчас вообще не наблюдается?

Ю. ЕВКУРОВ: Появление радикалов, в том числе экстремистов, в последующем террористов, или людей, которые берутся за оружие, это факторы именно социалки и экономики. Неустроенность, необустроенность и так далее. Поэтому эти две вещи я называю главными. Сегодня о чем мы говорим, члены бандподполья, частично это присутствует на территории республики, и мы проводим с ними работу успешную, но эти два фактора основных – на этом базируется увеличение или уменьшение преступных сообществ.

В. КАРПОВ: Сейчас, учитывая и внешнюю, и внутреннюю конъюнктуру, фактор нестабильности – социалка и экономика – довольно сложно будет удержать, потому что ухудшается экономическая ситуация, и это скажется на социалке. Или в Ингушетии как-то всё иначе?

Ю. ЕВКУРОВ: Берём восьмой год: всемирный экономический кризис, финансовый крах и так далее. В итоге ничего страшного – выдержали, выстояли, и наоборот даже в те периоды показывали результаты. И сегодня при довольно сложной ситуации, в частности, в Республике Ингушетия, по темпам роста или по основным показателям идёт в плюсе.

В. КАРПОВ: За счёт чего все падают, а Ингушетия растёт?

Ю. ЕВКУРОВ: Я бы не сказал, что все падают. В том числе и статистика показывает общероссийская, что рост идёт, в частности в Ингушетии. Идёт потому, что есть темпы роста по всем направлениям. Если по объёмам да, мы с учётом площади и отсутствия крупных промышленных предприятий, не можем быть в первой 50-ке страны, но мы опять же в середине, а не где-то там отстаём. Но по темпам роста мы в десятке в стране. За счёт чего? Потому что с каждым годом мы наращиваем сельхозугодия, поддержку малого и среднего предпринимательства, инвестиционной привлекательности. В том числе модное слово – импортозамещение. Мы сделали рывок в этом плане, и имеем сегодня хорошие результаты.

В. КАРПОВ: Вы, прежде всего, о сельском хозяйстве говорите.

Ю. ЕВКУРОВ: Не только, но и о других видах промышленного производства. У нас сегодня по импортозамещению работает довольно серьёзно завод полимерных труб, который выполняет заказы крупных корпораций и регионов России, и даже для внутреннего потребления заказать до Нового года уже бесполезно, выстроилась очередь. Работают другие предприятия, в частности на днях запускается завод совместно с корейцами по автобусам Daewoo, и, конечно, агропромышленный комплекс.

В. КАРПОВ: Пока разговариваем об экономике региона. Если посмотреть на цифры 2009 года, то три четверти валового регионального продукта – это то, что связано с нефтью. А что сейчас?

Ю. ЕВКУРОВ: Если смотреть, что у нас в 2009 году валовый региональный продукт составлял 19 миллиардов, то сегодня это уже 51. По прогнозам к концу этого года мы хотим достигнуть 57 миллиардов рублей. Конечно, нефтекомплекс сегодня не является основным бюджетообразующим, а уже является другая сфера направления, в том числе малое и среднее предпринимательство, к сожалению. Почему, к сожалению? Потому что я всегда для себя представлял, даже не будучи экономистом, что малое и среднее предпринимательство должно нести меньшее налоговое обременение, то есть предпринимателям надо давать возможность работать не на доходы в бюджет республики, а на создание рабочих мест и качество выпускаемой продукции. Тем не менее, с учетом такой хорошей поддержки мы всё-таки получаем большую часть доходов от малых и средних предпринимателей. Сейчас довольно серьёзно работает агропромышленный комплекс, пока там есть у нас, согласно законам Российской Федерации, мы даём определённые налоговые каникулы, но я думаю, через год-два они дадут довольно серьёзный эффект для доходов бюджета.

В. КАРПОВ: То есть по согласованию налоговые каникулы для всех, кто сейчас занимается сельским хозяйством?

Ю. ЕВКУРОВ: Не для всех.

В. КАРПОВ: А для кого?

Ю. ЕВКУРОВ: У нас есть ряд проектов, совместно с израильтянами – индюшатина, мясо индейки. Есть проект «Сады интенсивного производства», которые уже сейчас в Москву поставляют яблоки. Есть проект по картофелю. Там, где мы видим явные прорывы, то, конечно, идём на послабления. Почему? Потому что мы видим, как люди вкладывают деньги, и у нас есть желание, что они могли бы сегодня продвинуть и завершить этот проект. Если сейчас ещё грузить их налогами, то это будет довольно сложно для них.

В. КАРПОВ: Если опять же вернуться в те самые несколько лет назад, обращаю внимание на то, что тогда Кавказу уделялось довольно пристальное внимание из-за нестабильности, из-за проблем, которые нужно было решать, а сегодня, в 2015 году, смотреть на приоритеты. Есть Крым, есть Дальний Восток, куда вкладываются деньги, и сейчас интенсивно говорят о развитии именно этих регионов, а Кавказ как будто бы отходит на третьи и четвёртые роли. Это субъективные ощущения или у Вас примерно такая же картина складывается?

Ю. ЕВКУРОВ: Это субъективное ощущение. Мы кроме Крыма, Дальнего Востока довольно серьёзно развиваем и север страны, Арктику, не только в военном отношении, но и во всех отношениях.

В. КАРПОВ: Я говорю, прежде всего, об инфраструктурном развитии.

Ю. ЕВКУРОВ: В том числе. Возрождаем советское прошлое в Арктике и более серьёзное присутствие России. Те предложения, которые есть по Югу, по Кавказу, по Крыму, по Поволжью, созданы довольные хорошие программы по развитию, в том числе по Северному Кавказу. Поэтому здесь огромная благодарность, в том числе Александру Геннадьевичу Хлопонину, который возглавил Северо-Кавказский федеральный округ, и, в принципе, начал эти проекты, и сегодня Сергею Мельникову, который продолжает эти проекты. Бесспорно, то, что Минкавказ довольно серьёзно сейчас нарабатывает именно сопровождение проектов, которые сегодня реализуются на Кавказе, в том числе и по созданию совместно с правительством Российской Федерации той программы социально-экономического развития, которая будет наращена на Северо-Кавказский федеральный округ. Я бы не сказал, что нас в чём-то обидели. Наоборот, все наши проекты поддерживаются. Всё зависит от нас – как мы будем их реализовывать и осваивать те средства, которые будут выделяться для субъекта.

В. КАРПОВ: Если посмотреть на инвестиционные рейтинги, Ингушетия была всегда где-то внизу в самом конце, как очень непривлекательный регион для вкладывания денег. За счёт чего Вам сейчас удаётся привлекать инвесторов? Как Вы их уговариваете? Те же израильтяне, китайцы, которые тоже занимаются производством сельхозпродукции.

Ю. ЕВКУРОВ: Корейцы, китайцы, итальянцы. Бесспорно, это тишина, стабильность, это люди, когда идут в регион.

В. КАРПОВ: Если ничего не взрывается, можно идти.

Ю. ЕВКУРОВ: Если меньше говорят о проблемах субъекта. И нам сегодня приятно, что больше внимания уделяется Крыму, Дальнему Востоку или Северу нежели Кавказу. Пусть про нас меньше говорят, мы тогда потихоньку своё дело будем делать. А как только про нас начинают много говорить, естественно, начинают больше говорить не о хороших вещах. Но мы уже, сами регионы Кавказа, будем говорить темпами экономического и социального роста. Когда инвесторы идут, они ещё смотрят как наши уроженцы Ингушетии, предприниматели, работают на территории. Это тоже показатель. Мы с каждым годом наращиваем участие наших земляков, которые работают, выполняют серьёзные миллиардные задачи и, конечно, за собой тянут иностранных инвесторов.

В. КАРПОВ: Для того, чтобы было понятно нашим слушателям что собой представляет сегодня Ингушетия, просто несколько показателей прошу Вас назвать. Средняя заработная плата в республике?

Ю. ЕВКУРОВ: 18 тысяч рублей.

В. КАРПОВ: Уровень безработицы. Были времена, когда больше 50%.

Ю. ЕВКУРОВ: 49% было в 2009 году, сегодня 32%. Это общая безработица. Регистрируемая безработица 12%.

В. КАРПОВ: А оцениваете Вы общую каким образом?

Ю. ЕВКУРОВ: Общая – это когда считается по заявлению, по учёту, по всем направлениям, а регистрируемая, когда идёт уже в учёт службы занятости. Кому выплачивается, у кого есть поддержка, у кого нет.

В. КАРПОВ: И пророст населения. Ингушетия была самым быстро растущим регионом. Сегодня что?

Ю. ЕВКУРОВ: Сегодня такая же картина. У нас самая большая рождаемость, и по приросту населения мы выдерживаем лидирующую позицию.

В. КАРПОВ: Если люди продолжают вкладывать в семью, наверно, это чувство уверенности. За счет чего оно вообще появилось?

Ю. ЕВКУРОВ: Надо отдать должное кавказским народам, даже в самые тяжёлые времена семье уделялось особое внимание. Не являлось причиной не рождения ребёнка или отказа от ребёнка экономическая или социальная база. То есть с детства, с молоком матери, в детях заложено, что женятся для того, чтобы рожать детей.

В. КАРПОВ: Чем больше, тем лучше.

Ю. ЕВКУРОВ: Нет такого понятия, но семью свою должны создавать. Поэтому ориентируются на это. Это одно и второе – все стараются. Даже есть иногда такие упрёки, что рожают для того, чтобы получать субсидии из Москвы. Нет, то не так. Даже если бы не было никаких субсидий, всё равно бы рожали. Здесь впору обратиться к истории, и сказать уже русскому населению возродить старые русские традиции, даже в крепостное право, когда мало было семей, у которых было меньше 3 детей, в самые тяжёлые времена. А то были и 12, и 13, и 18 детей в те времена. Надо возродить.

В. КАРПОВ: Это было залогом выживания. Иначе было никак. Некому было на поле работать.

Ю. ЕВКУРОВ: Даже не столько это, сколько были заложены традиции в народе. А традиции потихоньку потерялись, поэтому мы видим в регионах России, в том числе в своём большинстве было довольно долгое время падал процент рождаемости, он возрождается. Сегодня те программы, которые внедряются – это одно, но самое главное, та идеология, иметь больше детей, и идеология здорового образа жизни позволяет молодым сегодня, традиции возрождаются, что надо иметь сегодня всё-таки больше детей.

В. КАРПОВ: Уезжают из Ингушетии много, если говорить о молодёжи?

Ю. ЕВКУРОВ: Не много. Те, кто выезжают в регионы учиться, они находят себя. Это тоже нормальное явление, и для нас это хорошо, чтобы они получали практику работы в других регионах России, больше наращивали опыт. Но я бы не сказал, что много уезжают.

В. КАРПОВ: Потом возвращаются?

Ю. ЕВКУРОВ: Многие возвращаются, многие остаются работать. Знаете, ориентироваться на бюджетное место после завершения высшего учебного заведения это не всегда правильно. Поэтому мы сегодня и ребятам об этом говорим, которые поступают, абитуриентам, и тем, кто учится, и особенно выпускникам. Всегда человек, поступающий в ВУЗ, должен выбирать себе профессию по направлениям. Сегодня, кстати, в округе под руководством полпреда и Минкавказа проработана такая схема, что на уровне Северо-Кавказского университета вырабатываются какие специализации нужны. Не сегодня, а на 5-10 лет с учетом программы развития Северо-Кавказского федерального округа с учётом экономического развития до 2025 года. Какие заводы, какие фабрики, какие профессии, что нужно, и ориентируем мы население, молодёжь, абитуриентов именно на эти профессии.

В. КАРПОВ: Кто нужен будет на Кавказе к 2025 году?

Ю. ЕВКУРОВ: Обязательно нужны будут технари. Это новые технологии, определённые инновации, которых не было в той же Ингушетии. Мы сейчас развиваем серьёзно швейное производство, строим завод светодиодов. Ряд предприятий уже построено. И под них нужны специалисты, которых в республике никогда не было. Их нужно готовить. Строим современный перинатальный центр. Его не было. Под них нужны специалисты другие.

В. КАРПОВ: Сейчас будет несколько ваших вопросов. 7373-948. Алло, здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Мы занимаемся водой, поставкой нашей воды, её не хватает, и мы готовим геодезический план и проект, чтобы открыть завод, землю нашли, порядка 25 мест рабочих открывается. Какая-то помощь была бы оказана, полностью инвестиции будут на 100%.

Ю. ЕВКУРОВ: Какую воду вы поставляете?

РАДИОСЛУШАИТЕЛЬ: Обанхи. Мы здесь ее хорошо распространяем уже четвёртый год.

Ю. ЕВКУРОВ: Насколько я помню, там завод уже расширяете.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Там другой завод. Просто мы хотим стекло.

Ю. ЕВКУРОВ: А в каком месте земля нужна?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы землю уже выбрали, по-моему, подносили документы к Вам. Вы сказали проект предоставить. Мы сейчас его готовим, в конце месяца будет готов.

Ю. ЕВКУРОВ: Этим займется вице-премьер Валерий Кукса, я ему задачу поставлю сегодня.

Ю. ЕВКУРОВ: Проговорите все вопросы с Валерием Петровичем. Надо предоставить не только документы, но и обоснование проекта, и посмотрим. Поможем Вам.

В. КАРПОВ: У Вас так проблемы решаются? Позвонили, поговорили.

Ю. ЕВКУРОВ: Во-первых, мой телефон находится у населения. Он в интернете, тот мобильный, который есть. Если люди выходят на меня, я ставлю задачу проверить, в том числе платёжеспособен человек, может ли он это сделать.

В. КАРПОВ: Нужна земля – вот вам участок.

Ю. ЕВКУРОВ: Так, конечно, нет. Надо обосновать.

В. КАРПОВ: Вообще бизнес начать в Ингушетии – это как?

Ю. ЕВКУРОВ: Легко. Спокойно.

В. КАРПОВ: И ещё с Вами можно договориться ещё на счёт налоговых льгот.

Ю. ЕВКУРОВ: Да. У нас есть совершенная нормативно-правовая база, есть Агентство инвестиционной привлекательности. Все условия созданы для бизнесменов. Но всё в рамках закона.

В. КАРПОВ: Верю. 7373-948. Слушаем Вас. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Вадим. Много информации по СМИ по отъезду жителей средней Азии и с наших регионов Закавказья, чтобы они воевали в Исламском государстве. Какая работа ведётся в Ингушетии в этом направлении? И ещё один вопрос. Из Дагестана много информации, много бандитов, даже в Чечне. А из Ингушетии информации очень мало. Там действительно такая работа хорошая ведётся, что там так мало бандитов?

Ю. ЕВКУРОВ: Это довольно серьёзное беспокойство у нас всех вызывает. Все, кто уехал воевать в Сирию, в ИГИЛ, или вообще поехал обучаться в международную террористическую организацию, их надо лишить гражданства, чтобы они больше в страну не возвращались. Это довольно серьёзный механизм воздействия на тех, кто хотел бы даже заикаться об этом. Тем более 90% едет не идеологически подкованные, а романтики. Если взять по Ингушетии, то по нашим данным, и они подтверждены, порядка 37 человек, которые выехали, и которые решили повоевать в Сирии. Уже 7 убитых, 8 человек, которые вернулись, мы с ними поработали, адаптировали. Один из них осужден, а остальные находятся дома. Пять человек просят возвращения домой. По остальным, которые в списках, не подтверждается информация. Есть версия, что они там находятся, но не подтвердилась. Мы за 6 лет принудили разными методами к явке с повинной более 80 человек, из них часть сидит в тюрьме, часть сидит дома, и только 3 человека, которые встали на преступный путь, мы должны говорить не только о тех, которых вытащили, но и о тех, которых они больше не убивают, не взрывают. Когда мне родственники тех же погибших сотрудников или гражданских, или вообще журналисты задают вопрос «а почему пощада этим людям», я всегда говорю «не этим людям, а тем, кого они уже не убивают, не взрывают». Это стабильность.

В. КАРПОВ: Вербовочная сеть у вас активно работает?

Ю. ЕВКУРОВ: Неактивно. По всем направлениям, если мы смотрим в течение двух лет, не нашли спецслужбы вербовщиков на территории Ингушетии, насколько я знаю, на территории Кавказа. Основная вербовка происходит через интернет, и, конечно, там сложнее. Интернет-ресурсы, которые занимаются вербовкой, находятся заграницей, за пределами страны.

В. КАРПОВ: Роман пишет: «На Северный Кавказ нужно приглашать недостающих специалистов из центральных регионов России, чтобы вернуть русское население в республику. Как на это смотрите?».

Ю. ЕВКУРОВ: Положительно. Не то, что вернуть, а надо создать условия. В советское время это было, когда со всех республик или внутренних регионов, на Кавказ направлялись специалисты. У нас тоже сегодня много работают, мы, например недавно открывали молочный завод, и технологом там работает приехавшая из Хабаровска женщина. Она приехала, работает и снимает жильё. То же самое работают в больницах, школах педагоги, и это никакого удивления не вызывает. У нас работает программа по возвращению русского населения. Это небольшие деньги из бюджета республики, порядка 12-14 миллионов в год, но это работает в основном для тех, как говорят наши депутаты – у нас есть Василий Иванович Светличный, который говорит «русскоязычного населения», вот для тех русскоговорящих, хотя мы все по-русски говорим, которые живут республики, чтобы их поддержать. То есть у кого есть уже на выданье девушки, или кто-то женился, квартиру купить и всё остальное, и те, кто хочет вернуться. Но ест одно «но». В своё время многие уезжая продали своё жилье и купили в других регионах, обустроились, и сегодня опять вернуться домой и бесплатно получить жильё, здесь тоже есть опасность. Мы видели ряд вещей, когда люди возвращаются, жильё покупают с помощью нашей программы, потом продают это жильё и снова уезжают. Поэтому мы сегодня сделали так, что 5 лет жильё будет муниципальным. И есть ещё вторая форма – они жильё покупают, сдают и тоже уезжают. Чтобы этого не было, если в течение двух месяцев, если этот гражданин не живёт в этом жилье, тогда оно изымается и передаётся другому. Программа работает, и скажу так, что мы сами заинтересованы, чтобы возвращались не только русские, но и другой национальности люди, чтобы республика не была мононациональной.

В. КАРПОВ: Коль уж мы заговорили о тех людях, которые могут вернуться или вообще выбрать Ингушетию как место своего проживания, сейчас много говорят о беженцах. Европа испытывает проблемы. Готова ли Ингушетия принять у себя каких-либо сирийских беженцев, которые бегут от войны?

Ю. ЕВКУРОВ: В Сирии живут ингуши, которые когда-то были депортированы ещё в те царские времена через Турцию. Конечно, мы как соотечественники заинтересованы в том, чтобы оказать им помощь, поддержку, от этого мы не откажемся. Но это должна быть государственная программа. Ингушетия сама не вытащит. У нас сегодня находится 122 семьи с юго-востока Украины. Но надо сказать о другом. В Ингушетии уже на протяжении 22 лет не решены проблемы беженцев из Пригородного района. И сколько лет, вынужденные переселенцы Чеченской республики. Их более 40 тысяч, и с ними надо работать. Многие живут в местах компактного проживания. С помощью федерального центра строим социальное жилье и что-то выдаем, но полностью вопросы не решены. И сейчас говорить о том, что давайте ещё беженцев, мы создаём внутренний конфликт среди населения. В этом случае нам очень аккуратно надо относиться. Федеральный центр сейчас помогает в этом направлении, помогает обустроить тех беженцев, которые уже есть в республике.

В. КАРПОВ: А с ингушами в Сирии вы какой-то контакт поддерживаете?

Ю. ЕВКУРОВ: Те родственники дальние, которые есть, у нас порядка 20 семей из Сирии, которые приехали в Ингушетию, живут нормально, в том числе и врачи, технологи компьютерные и другие специалисты. Должен сказать, что довольно образованные люди, которые приехали и живут в республике. Но такого масштабного явления сегодня нет. В части того, что творится в Европе, здесь можно одним словом сказать «так им и надо». Но жалко беженцев, жалко людей, которые тонут, умирают в дороге. Но если США замутили, грубо говоря, в Ираке, Ливии, Египте – благо руководство Египта сейчас взяло ситуацию под контроль – то, что сейчас происходит в Сирии это же все руками США, которые управляют в том числе Европой. Мне кажется, Европе надо было не к себе принимать беженцев. Вот если бы всех беженцев отправить в Вашингтон, в Лос-Анжелес и другие города, Америка и конгресс США задумались, надо ли вот это творить беспредел, чтобы создавать миллионных беженцев, которые сейчас приезжают в Европу.

В. КАРПОВ: Америка далеко, а Европа близко. Но есть две позиции: «это не наша проблема» и «рано или поздно это станет нашей проблемой». Да, нужно содействовать и решать то, что сегодня происходит с беженцами в Европе. Вы какой позиции придерживаетесь?

Ю. ЕВКУРОВ: Я придерживаюсь того, что надо помогать беженцам. Люди не дай Бог, мы, ингуши, видели это, и вообще человек никогда не должен относиться к горю другого человека поверхностно, потому что Всевышний воздаст обратно тем же. Нельзя никогда, какой бы не был национальности, надо быть добрым. Надо друг друга любить, уважать, помогать. Тем более как мы можем сказать про беженцев, женщины, дети, старики, как можно говорить о том, что им не надо помогать!

В. КАРПОВ: Вы сами рассказали о том, что из Сирии несколько человек приехало. А сколько?

Ю. ЕВКУРОВ: Более 20 человек, которые живут. Проблем с этим нет.

В. КАРПОВ: Слушаем Вас. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Есть ли какие-то причины, которые могут побудить высококлассного программиста приехать жить в Ингушетию?

Ю. ЕВКУРОВ: Первое – самые гостеприимные люди. Чистый горный воздух и экологические продукты. Это возможность себя проявить, потому что если высококлассный программист, то он может себя проявить. И возможность карьерного роста.

В. КАРПОВ: Зарплаты пока не обещаете.

Ю. ЕВКУРОВ: Средняя заработная плата 18 тысяч рублей, я уже говорил.

В. КАРПОВ: То есть пожалуйста – гостеприимство, чистый горный воздух, блестящие перспективы. Это да, возможно.

Ю. ЕВКУРОВ: А что ещё нужно человеку?

В. КАРПОВ: Квартиру по этой программе он сможет получить?

Ю. ЕВКУРОВ: Если он войдёт в эту программу, то может получить жильё. Это раз. Второе – у нас сейчас строится эконом-жильё. Стоимость жилья от 19 тысяч до 25 тысяч рублей за квадратный метр

В. КАРПОВ: Ещё один звонок успеем. Слушаем Вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А как можно оставить координаты? Я только что был в эфире.

Ю. ЕВКУРОВ: Давайте запишите мой номер. 8-928-201-19-19. Вы мне только сообщение сбросьте. Кто услышал, не звоните, а сбрасывайте сообщение, у кого есть какой вопрос.

В. КАРПОВ: 73-73-948. Последний звонок на сегодня.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Приветствую. У меня вопрос. Вы работаете ли с мусульманскими банками? Если да, то почему это мало сейчас используется высшим руководством страны? Какова специфика? Потому что это малоизвестно. Можете осветить этот вопрос?

Ю. ЕВКУРОВ: К сожалению, не работаем с мусульманскими или как мы говорим с исламскими банками. И я здесь хочу сказать, что пару раз мы эти вопросы поднимали, что скоро к этому придём. Есть ряд направлений, в том числе и по линии Администрации Президента определённые указания по развитию системы исламского кредитования или исламских банков.

В. КАРПОВ: По развитию внутри России или к подтягиванию откуда-то?

Ю. ЕВКУРОВ: Внутри России. Здесь можно и международные исламские банки в этом участвовать, ничего плохого нет. К этому давно надо было прийти, хотим мы или не хотим. Есть халяльная так называемая продукция, которую они употребляют. И как бы они не хотели, не халяльную не будут употреблять. Это большой тоже наносится урон банковской системе, потому что более 20 миллионов мусульман в России, не все, но большинство не участвуют в кредитах неисламских. Я думаю, что если наладить эту систему, то эти средства аккумулируются внутри страны, и это было бы выгодно для тех банкиров, для тех банков, которые этим занимались бы.

В. КАРПОВ: А была бы возможность для Ингушетии подтянуть инвестиции за счет того, чтобы брать кредит в таком исламском банке?

Ю. ЕВКУРОВ: Я бы не сказал, что это были бы мощные инвестиции, но это была бы возможность простым людям, больше дало бы толчков на малое и среднее предпринимательство. Простые люди, среднее звено, верующие люди, которые не хотят в банки заходить из-за процентов, потому что это запрещено шариатом, религией, потому что в этом вопросе я думаю, что да, для больших крупных компаний тоже, но для простого человека это было бы подспорьем.

В. КАРПОВ: А в исламских банках дают кредиты без процентов?

Ю. ЕВКУРОВ: Там есть своя технология, которая не запрещает по религии брать кредиты.

В. КАРПОВ: С нами был глава Ингушетии Юнус-бек Евкуров. Спасибо Вам. Приходите ещё.

Ю. ЕВКУРОВ: Спасибо. Программа называется «Пиджаки». И я как военный объясняю для всех слушателей, что в армии пиджаками называют тех, кто закончил гражданский ВУЗ и идет служить офицером. Я кадровый военный.

В. КАРПОВ: Это был Юнус-Бек Евкуров.

 

 

Фотогалерея